О сайте

Falkland Iselands (Islas Malvinas)

Фолклендские острова лежат на юге Атлантического океана между 51° и 53° южной широты и 57°40′ и 61°25′ западной долготы. Чтобы было нагляднее, можно сказать, что они расположены в пятистах километрах к востоку от Магелланова пролива, отделяющего Огненную Землю от Южноамериканского континента.

Общая площадь архипелага — двенадцать тысяч квадратных километров; в его состав входит примерно сотня островов и островков, из которых заселена лишь незначительная часть. На Фолклендских островах живет всего две тысячи человек.

Из единственного города — Порт-Стэнли, находящегося на Восточном Фолкленде, всего за полтора часа можно долететь до самого западного из всех обитаемых островов архипелага, и это при том, что гидроплан, который летит относительно медленно, должен бороться с постоянно дующим в этих широтах западным ветром. Однако до «внешнего мира» расстояние гораздо дальше, чем это может показаться по карте, ибо регулярное сообщение поддерживается только с Монтевидео, находящимся в субтропической части Южной Америки. В силу исторических, экономических и прочих причин Фолклендские острова и их две тысячи жителей были почти забыты. Однако, несмотря на кажущуюся незначительность этих островов, они были одним из бриллиантов в короне Британской империи. Из-за них до сих пор продолжаются споры между Англией и Аргентиной.

Но зачем брать с собой жену и ребенка? Моя жена, будучи певицей, прекрасно владеет техникой звукозаписи. И без ее помощи фильмы о животном мире Фолклендских островов сопровождались бы музыкальным аккомпанементом, а не шумом прибоя, криком птиц, ревом морских львов и унылым завыванием ветра. Когда главная цель экспедиции — изучение животных, небольшое количество участников является даже преимуществом: ничто не мешает единству и гибкости действий.

Ну а ребенок? Не легкомысленно ли брать с собой двухлетнего малыша на острова, где обитают многотонные морские слоны, даже при том условии, что родители везут с собой достаточно комплектов белья и баночек с детским питанием?

Дело в том, что дети выгодно отличаются от нас, взрослых, тем, что не имеют ни о чем предвзятого мнения и приспосабливаются гораздо легче, чем мы. Для них, например, вид яйца не имеет никакого значения, лишь бы оно было вкусное. А нас с Харриет слегка мутило при виде огненного пингвиньего желтка и прозрачного, дрожащего, как желе, белка.

То же самое и в отношении к животным. Когда Бьерн в первый раз увидел стадо морских слонов — представьте себе, какими громадными и страшными чудовищами они должны были показаться двухлетнему малышу, — он испугался и заплакал. «Папа, свиньи!» — закричал он. Но вскоре он понял, что эти «свиньи» совсем не страшные, и уже через несколько дней преспокойно играл в песок среди морских великанов. Кстати, они тоже посыпали себя песком, ища прохлады.

Многие люди, предпочитающие сидеть дома, считают, конечно, пятимесячное пребывание всей семьей на далеких Фолклендских островах лишь одной из форм бегства от действительности. Наверное, кое-кто и эту книгу воспримет как описание бегства из городов, где загрязнены вода и воздух, в райскую обитель, не зараженную цивилизацией и ее последствиями.

Это неправильно. Если мы и бежали, то не от действительности, а к ней. Мы старались найти ее за искаженным ее представлением в сенсационных статьях и фильмах. Упрямо и целеустремленно с помощью кино- и фотоаппаратов охотились мы за действительностью, пытаясь как можно глубже постичь взаимосвязь между растениями, животными и людьми.