«Детская» в лагуне

Во второй половине девятнадцатого столетия плававшими вдоль берегов Калифорнии китобойными судами было убито от 25 до 50 тысяч серых китов. Поскольку осенние стада состоят в основном из беременных самок, численность серых китов уменьшилась так стремительно, что вскоре эксплуатация этих судов оказалась нецелесообразной. Однако какое-то количество китов уцелело и мирно существовало до конца двадцатых годов нашего столетия, пока в эти воды не явились норвежцы со своими плавающими салотопнями и небольшими китобойными судами, оснащенными гарпунными пушками.

От них не отставали китобои и других стран. Но в 1938 году международным договором была запрещена охота на серых китов. За уцелевшими животными стали наблюдать ученые. Регулярный подсчет китов показал, что кривая их численности пошла вверх: в 1960 году было зарегистрировано шесть тысяч китов, весной 1965 — восемь тысяч.

В настоящее время ведется интенсивное изучение серых китов и в Беринговом море, и на всем пути их миграции.

Каждую зиму лагуна Скаммона привлекает множество экологов несмотря на то, что попасть туда весьма трудно.

Вместе с доктором Тедом Уолкером, изучающим повадки серого кита, я летел из Сан-Диего над шестисоткилометровой пустынной полосой берега на самолете, специально оборудованном Океанографическим институтом Скриппса. Через длинное широкое окно левого борта я видел голые выветрившиеся горные склоны с черными тенями гигантских кактусов в ложбинах. Склоны были рассечены белыми овечьими тропами, кое-где с обрывов низвергались горные речки.

Через стеклянный пол самолета можно было беспрепятственно следить за извилистой полосой прибоя, покрытой белой пеной. С крыш рыбацкого поселка срывались черные грифы и плыли над синим заливом. Стаи пеликанов, напуганные бреющим полетом нашего самолета, хлопали белыми крыльями и обращались в паническое бегство. Время от времени доктор Уолкер показывал нам очередную группу серых китов, двигающихся в том же направлении, что и мы.

Отрезанная от моря барьером из песчаных дюн лагуна Скаммона расширяется и образует нечто похожее на озеро с множеством низких песчаных островков, рифов и отмелей, которые сверху кажутся желтыми. Берега лагуны бесплодны, лишь кое-где торчит неприхотливый кустик или кактус, борющиеся с засухой и палящим солнцем.

Самцы китов всплывают на поверхность и высматривают самок, у которых началась течка. Самки, точно бревна, перекатываются на мелях. Беременные самки бывают обычно очень нервными, предпочитают держаться на мелких местах и время от времени отдыхают, ложась на песчаное дно. Узкое ответвление лагуны, глубоко вдающееся в берег, представляет собой своего рода детскую комнату. Там мы увидели силуэт самки с новорожденным детенышем, державшимся возле ее хвостового плавника. Самка всплыла на поверхность, выпустила фонтан воды, повернулась, задрав вертикально хвостовой плавник, и скрылась в глубине. Малыш в точности повторил движение матери, все время держась рядом с ней.

Кружа над лагуной, мы насчитали более сотни этих гигантских млекопитающих. На одной отмели мы увидели кита, беспомощно лежавшего на песке, но доктор Уолкер, который уже много раз видел подобную картину, уверил нас, что киту нисколько не повредит, если он несколько часов проведет на суше. Когда вода поднимется, он снова обретет свободу. Серый кит, очевидно, достаточно крепкое животное, выдерживающее пребывание на мелководье, чего нельзя сказать о других китах, те умирают, если попадают на мель.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *