Морские львы подстерегают пингвинов

Внизу, в бухте, пара морских львов продолжала свои водяные забавы. Стройная львица описывала вокруг льва небольшие круги. Иногда они оба неподвижно замирали на песчаном дне, и ни одно движение не выдавало их присутствия. Неожиданно лев подскочил и вылетел на поверхность, точно всплывшая подводная лодка. Львица же со скоростью торпеды умчалась в открытое море. Лев устал от игр, он снова вышел на военную тропу.

Пока длилась идиллия, сотни пингвинов беспрепятственно вышли на берег. Ослиные пингвины с белыми надбровьями, оранжевыми клювами и светло-розовыми ногами, поджидали друг друга метрах в ста от воды. Оттуда, быстро отряхнувшись, они вперевалку гуськом шли по тропинке, утоптанной миллионами пингвиньих ног, к своим колониям. Колонии располагались на каменистом склоне в нескольких километрах от воды. Оттуда открывался вид на бухту, лежавшую на востоке, и на бледное солнце, опускающееся в море на западе где-то за мысом Горн.

Магеллановы пингвины, птицы не столь стадные по своему характеру, плыли поодиночке, вытянув вперед шею. У берега они выныривали, озирались по сторонам, выходили из воды и вперевалку шли к своим норам. Ослиные пингвины выходили на берег в одном определенном месте, тогда как Магеллановы пользовались всей бухтой. Если кто-либо из них выходил, как ему казалось, слишком далеко от кратчайшей дороги домой, он возвращался в воду и, мгновенно проплыв необходимое расстояние, причаливал к нужной пристани. Там эти белогрудые птицы с черным окаймлением под подбородком и вокруг лица поднимались, снова проверяли свое местонахождение и с тяжело набитыми желудками ковыляли вверх по склону. Вся земля в окрестностях была испещрена их норами и, хотя норы по внешнему виду не отличались друг от друга, каждый пингвин безошибочно находил свой дом. Перед входом он останавливался, вытягивался во фронт перед морем, взмахивал в знак прощания короткими сильными крыльями и скрывался во мраке торфяной норы.

Морской лев продолжал патрулировать в бухте. Он плавал на своем посту то не спеша, то яростно и энергично. При нем пингвины опасались выходить на берег, но как только убийца скрывался за водорослями, они торопливо продолжали свой путь. Иногда нескольких ослиных пингвинов охватывала паника и они поворачивали в море, увлекая за собой всех остальных. Они мчались, описывая круги, и то скрывались под водой, то выныривали на поверхность, точно дельфины, играющие вокруг судна. Вдали от берега паника стихала. Пингвинами снова овладевало желание вернуться домой, и они, иногда под водительством уже нового вожака, делали новую попытку выйти на берег.

Морской лев — большой специалист по части пингвинов и, когда он голоден, никто не в силах помешать ему подкараулить добычу. Он действует хитростью и не знает пощады. Всегда найдется пингвин, который съел слишком много, чтобы не достаточно проворно выйти на берег. Он и становится жертвой морского льва. Даже трудно представить себе, что 500—600 килограммов жира способны на столь молниеносное нападение. Неожиданно в воде возникает неразбериха. Тут же налетают гигантские буревестники, которые включаются в бой как раз в тот момент, когда над морской пеной взлетает шкура пингвина.

Подобные сцены неизменно разыгрываются изо дня в день в этой мирной на вид бухте Южной Атлантики. Природа взимает свою пошлину, чтобы сохранять равновесие.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *